Обсохли.
Южным ветром сдуло воду –
И кораблик на мели!
Как не выпить в непогоду,
Если сняться не смогли...
Поэт и вино.
Душе легчает от шипучей кружки,
Но пьяного не слушают персты!
Сто раз был прав сказавший это Пушкин:
“Служенье муз не терпит суеты…”
На раскопах
Холодным вечером в Синявино
За душ солдатских упокой
Братва под песни Растеряева
Пила, что было под рукой...
ГАРМОНИЯ.
Чуть капает с серого неба,
Под ёлкой трещит костерок,
Разломлена корочка чёрного хлеба,
Наполнен водой котелок.
Как мышка под фантиком в клетке,
Шуршит берестою огонь,
Сочится дымок через мокрые ветки,
Мою согревая ладонь.
Блестят на иголках и листьях
Прозрачные капли дождя,
И звуки сливаются с чувствами в мыслях,
Стихами на свет выходя...
30 августа 2011г., Енисейский залив.
ДОМОЙ!
Как сияет нынче Солнце над Мадридом!
Как струится золотой канарский ром!
Как Испания пленяет горным видом,
Проплывая под серебряным крылом!
В креслах “Дугласа” уютно и надёжно,
Стюардесса носит кофе и вино,
В суматохе и волнениях дорожных
Возвращаемся к забытому давно…
Словно не было тропического пекла,
Ни разлуки бесконечной, ни тоски.
Как немного надо счастья человеку!
Принимай нас, Питер! Здравствуй и прости…
Мадрид-
Франкфурт-на-Майне- 2004г.
Санкт-Петербург.
НОЧНАЯ ВАХТА (полевая песня).
Пробует ветер холодный шуршать,
в силу ещё не войдя,
Наш пароходик накрыло опять
серым туманом дождя,
Карское море спокойно -
редко случается так.
Спит наша смена по койкам,
Капли стучат по надстройкам,
Дизель колотится в такт…
Чайки за нами летят на восток,
будто решая вопрос-
Кто нас на участь бродяжью обрёк,
в эти широты занёс,
Что по домам не сидится,
Что за судьба нас ведёт?
В наши небритые лица
Смотрят задумчиво птицы,
Не прерывая полёт…
Вахта при
ЛЕТНИЙ СОН.
На полуострове Мамонта
Белые ночи с туманами,
Бурая тундра с вигвамами
На полуострове Мамонта.
То ли весной, то ли осенью-
Лето придёт или минуло,-
Море качалось ленивое
То ли весной, то ли осенью.
Радуги редкими гостьями
Солнца сиренево-красного
В воздухе строились пасмурном
Радуги редкими гостьями.
Шли миражами-обманами
Тучи в воде, волны в небе ли,
В северной призрачной небыли
Шли миражами-обманами.
На полуострове Мамонта
То ли весной, то ли осенью
Радуги редкими гостьями
Шли миражами-о
ПОЗДНИЙ ЗВОНОК.
В полуночном краю пустынном
Под таинственный звёздный балет
Говорю я со старшим сыном,
Рослым парнем семнадцати лет.
Волны бьют, как куранты, в скалы,
На секунды удары дробя,
Пять минут - это очень мало,
Я полгода не видел тебя…
Расскажи, чем сейчас ты занят,
Что-то голос твой стал хрипловат…
Как ты в пятницу сдал экзамен,
С кем играешь в футбол из ребят?..
Каждый день суета цветная
Изменяет товарищей круг.
Я почти никого не знаю
Из друзей твоих и из подруг.
Отвечаешь ты мне серьёзно,
Это стихотворение началось с фразы моей тёщи, удивительной женщины, о которой можно писать книгу. Начать, например, с того, как в трёхлетнем возрасте её вместе с мамой выкупил из немецкого концлагеря священник, отец будущего патриарха Алексия Второго.
Как-то вечером она обронила: «Станет грустно – съем конфетку...» Лет через десять ко мне пришли остальные слова.
Светлая память вам, Марина Михайловна!
Весна в Погостье.
Прислонилась берёза к шершавой сосне,
И скрипят две подруги по лесу
О дождях и о снеге, о поздней весне,
Как соскучились обе по лету…
Первый сморщенный гриб потянулся к теплу,
Сели птицы в колючие гнёзда,
Яма старая высохла с бочкой в углу
Шмель попробовал крыльями воздух.
Почерневший и вросший в трясину каток
От сожжённого русского танка,
Возле речки погост - тридцать братских крестов,
Не по чину такой полустанку -
Всё весна обогрела, укрыла травой
И попрятала в зелень железо.
Там,
НОЧЬ В ЛЕСУ.
Мне поздней весной в лесу под Луной
Шалашик – избушка,
Там долгие дни – считай, не усни! –
Сулила кукушка.
Мерцали угли, заботы ушли –
Над соснами звёзды,
А мне одному весь мир ни к чему –
Всё ясно и просто…
И думалось мне в лесной тишине
Под тенью ночною,
Что где-то одна, как в небе Луна
Грустишь ты со мною…
ЛЕТО В ДЕРЕВНЕ.
Какое было лето, какое было Солнце!
Деревня потерялась в разлившейся реке,
Всё начиналось тихо, обыденно и просто
На полпути от дома, в таёжном тупике.
Далёкую дорогу вода нам открывала,
Как эхо вечной стужи, оставив материк,
Мы слушали гуденье горячих ржавых палуб,
Оживших механизмов капризный первый крик.
Эскадру провожали, как водится в России:
На берег выносили, прощаясь, образа,
По cтопке на дорожку, друзей слова простые,
Девчонок деревенских блес
ПРОЩАНИЕ.
Капитанам Озёрного – живым и ушедшим.
На востоке западной Сибири,
Подгоняя позднюю весну,
Расходились по Оби буксиры,
Вороша винтами глубину.
Крепкие бывалые бродяги,
Речники и дети речников,
Разгребали зимние коряги,
С якорей снимаясь и швартов.
Разгребли, снялись и попрощались,
Грусть прогнало тёплым ветерком,
Из тюков с домашними вещами
Потянули сало с чесноком.
И, не в силах удержать веселье,
Чтобы не увидел капитан,
Споро за лебёдками присели,
Самогон пуская по рукам.
Пахло дымом с ост
ВОЗВРАЩЕНИЕ
В октябре в заполярье туманы студёные,
Свежий снег по утрам пахнет близкой зимой,
Ночью в небе мерцает сиянье зелёное-
Верный знак, что пора возвращаться домой.
Ещё плыть нам и плыть до родного пристанища,
Ещё пить нам и пить крепкий чай после вахт;
Позади Ледовитый лежит океанище,
Мы идём лабиринтом в речных рукавах.
К югу тянется наш караван апельсиновый,
Уходя от морозов на день или два,
Кружит ястреб-рыбак над сырыми долинами,
Где уже стекленеет ночами трава.
Светит холодно Солнце сквоз
ОСЕНЬ.
Солнце янтарные листья
Греет последним теплом,
Взрослой загадочной жизни
Мы сыновей отдаём.
Мальчики стали большими,
И по-серьёзному вдруг
Стали улыбчивы с ними
Дочери наших подруг,
Нежной надеждой согреты,
Дети встречаются там,
Где мы дарили букеты
Будущим их матерям,
Нашими смотрят глазами
Наши в их лицах черты,
Мы им оставим на память
Нашу любовь и мечты,
Чтобы они нам простили
Наши былые грехи,
Наши пустые могилы,
Грустные наши стихи.
1 сентября 2004 года.
НАЧАЛО
Кто не мечтал из нас бывать в далёких странах,
Кто не смотрел в раздумье на гривы облаков,
Прохладой не дышал весенних ветров пьяных,
Не пел с друзьями песен и не писал стихов…
* * *
Я слышу по весне в торжественных соборах
У ликов шёпот жён, сестёр и матерей,
Ломают реки лёд, сушатся хлеб и порох,
Кладутся паруса на плечи новых рей.
К далёким берегам, размытым горизонтам,
Расправив карт старинных потёртую шагрень,
Искатели пойдут по Зундам, Бельтам, Понтам
Запрятанных, запретных, загадочны
SOUVENIR.
Ты мне подарила смешную игрушку -
На память, и чтобы скучалось пореже,
Ей в шутку мазнула духами за ушком
И что-то шепнула дыханием нежным.
Тихонько смахнула платочком слезинку,
Оставила карточку в глянцевой рамке.
На полочку, рядом с твоим фотоснимком,
Присела игрушечная обезьянка.
Размеренно сутки срастались по тридцать,
Надежда сменилась печальным покоем,
Разгладила память товарищей лица,
Но запах любимой остался со мною.
Шумит по тавернам матросская пьянка -
Мой крейсер вернулся из дальни
С Востока на восток.
Дорога незнакомая
То в гору, то с горы,
Над нами насекомые –
Мошка и комары,
Идёт в пыли колонна -
Четыре батальона,
И никуда, и никуда не деться от жары!
(И никуда не деться от полуденной жары!)
И никуда не деться от жары.
Дорога заболочена
Дождём давным-давно,
Но можно по обочинам -
Нам это всё равно.
Идёт в грязи колонна -
Четыре батальона,
И шелестит, и шелестит шинелей полотно!
(И шелестит по сапогам шинелей полотно!)
И шелестит шинелей полотно.
Дорога под сугробами,
М
ЭКСПЕДИЦИЯ.
полевая песня
Исчерпаны все поводы,
Дописана страница,
С похмельем вышли проводы,
И снова крепко спится.
Дымит труба, наполнен чаем водочный стакан,
Мы скоро повстречаемся, холодный океан!
Плывут поля ледовые
И светит Солнце ночью,
Потёрты косы новые,
Но мы кладём их точно!
Дымит труба, наполнен кофе водочный стакан,
Мы месяц греем пушками холодный океан!
Ударила и свистнула
Солёная стихия,
Мы переждём за мысами
Её шторма лихие!
Дымит труба, наполнен дрянью водочный стакан,
Мы дело своё
МЕЧТА.
Не правда ли, чудесно
Бродить в лесу осеннем,
Мурлыкать тихо песни
С хорошим настроеньем,
Укладывать опята
В плетёное лукошко
И на траве примятой
Передохнуть немножко:
Сучков и шишек ворох
Разжечь под старой кружкой
И слушать листьев шорох
Под сапожком подружки!
Вахта Памяти.
Питерским поисковикам.
Теплый ветер под утро
прогонит туман на болота,
И с лучами зари
По росе копари
Среди сосен затеют работу.
Будут гуси кричать в облаках
после долгой зимовки,
А под ними земля,
Будет, грустно пыля,
Отдавать рядовых и винтовки.
Кто-то ляжет на мох,
возвращенный с войны своим близким.
И его навсегда
Увенчает звезда
На солдатском простом обелиске.
Вдоль окопов щупы отстучат
по штыкам и лопаткам,
Под мерцанье костра
День уйдет во вчера,
Тихо дождь зашуршит по
Рассветы.
Я что-то совсем засиделся в столице,
А в небо бросается листьями осень,
А где-то на юг собираются птицы
И ветер играет верхушками сосен.
Меня позабыли глухие болота,
Где клюква горстями просилась в корзину,
Давно уже я не хожу на охоту -
Ушёл с головой в городскую рутину.
Дам повод к обидным и злым разговорам,
Нарушу традиций пустые запреты –
Уйду с рюкзаком на лесные озёра,
Где плещется рыба в туманных рассветах…
Лето.
Как сияет утром Солнце над дорогой,
Когда тело ещё борется со сном!
Как притягивает взгляды понемногу
Череда родных пейзажей за окном!
Нас покачивает мягко и надёжно,
Проводница разливает свежий чай,
В суете и впечатлениях дорожных
Привыкаем к позабытым мелочам.
Будто не было работы до упаду,
Долгой вахты заполярною зимой.
Нам дорога дарит лето, как награду -
Мы сегодня возвращаемся домой.
Платишь за место - лежишь под зонтом, не платишь - на камушках.
Там обрыв. Ограждения, конечно, нет никакого. Это вам не Канары.
Одичавшая рожь. Когда-то город был турецким, товары возили туда-сюда. Просыпали.
Вода чистая, прохладная, лягушки с головастиками ))) Купаться приятно.
Злые языки говорят, что часть этих дольменов - новодельные. А сколько палаток хиппи вокруг! Плюс блаженные климактерические дамочки, "говорящие" с камнями, ведуны и прочая шелупонь.
Жили мы там два месяца.